Недавно моя близкая родственница попала в отделение скорой помощи (E.R. – Emergency Room) большого госпиталя. Можно сказать, что ей повезло — она прибыла туда в 3 часа ночи, пациентов было мало, ей быстро оказали помощь и она поехала домой.

Дорогие русскоговорящие демократы, республиканцы, либертeрианцы и независимые.  Все мы приехали в капиталистическую процветающую Америку и стали ее частью.  Все мы благодарили эту великую страну за то, что она открыла для нас двери, поверив, кто мы и поверив, что мы будем достойными гражданами этой страны.

Старинный город Монтерей  стоит на берегу залива ... Монтерей в Тихом океане.  Рыбацкий причал здесь является одним из лучших мест  для наблюдения за морскими выдрами.  По сути, он является самой настоящей «ловушкой» для туристов...

- Бывает так, - говорил великий писатель Антон Чехов,- что на горизонте мелькнут журавли, слабый ветер донесет их жалобный крик, а через минуту, с какой жадностью ни вглядывайся в синюю даль, не увидишь ни точки, не услышишь ни звука - так точно люди с их лицами и речами мелькают в жизни и утопают в нашем прошлом,  не оставляя ничего больше, кроме ничтожных следов памяти.

Бездомные не делают чести никакой стране, не украшают никакой город. С позиции российского министра культуры истинно и достоверно только то, что способствует славе страны; по его мнению, только с таких позиций следует оценивать любое явление.

Говорят, что у нас в Америке полиция чуть-что начинает стрелять. Я не согласен. И вот почему. У меня есть друг Петя. И у него есть жена Нина. Когда этот Петя со своей Ниной приехал в Америку, то машину он купил раньше, чем выучил английский язык. И вот как-то я приглашаю их к себе на дачу в Поконо.

В какое интересное время мы живем! Все перевернулось с ног на голову. Америка, в которую я эмигрировала из СССР, прежде, чем впустить меня и моих детей в эту страну, на каждом этапе собеседований задавала мне один и тот же сокраментальный вопрос...

Вскоре после того, как развалился Советский Союз, я узнал, что в Америку приезжает мой старый институтский друг Лёва.  Это известие меня взволновало. Мы не виделись и ничего не знали друг о друге – страшно подумать – почти восемнадцать лет!  С трудом дождавшись дня его приезда, я отправился в аэропорт Кеннеди встречать Лёву.

После моего большого очерка о том, что сегодня тупые не американцы, а мы, подражая им в том, в чем подражать не надо, пришло так много писем, что я никак не могу остановиться. И с ужасом думаю, что если продолжать сравнивать нас с американцами, то счет увеличивается не в нашу пользу!

Америка — страна для людей и их машин. Я проехал по этим дорогам двадцать тысяч километров за рулём, и ни разу не испытывал стресса или напряжения, напротив — получил от вождения машины настоящий кайф.